Николаю Коляде посвящается

Позвольте сегодня мне воспоминания.

Сегодня буду говорит не о книге, не о тексте. Сегодня: о человеке, о солнце современной драматургии. Ушёл Николай Коляда.

Я могла бы перечислить все его заслуги, но мне хочется написать как человек, которому однажды повезло.

В молодости я работала в театре и, как многие творческие писала пьесы. Одну из них, «Территория войны», я набралась смелости отправить Коляде по электронной почте в 2002. Просто так. Без протекции, без знакомств, без какого-либо основания рассчитывать на ответ. Кто я была для него? Никто. Строчка в папке «Входящие», никнейм.

И он ответил.

Не отпиской «спасибо, ознакомились». Он прочитал пьесу от первой до последней строки. Он указал на ошибки, как драматург, прямо, честно, без снисходительности, но и без жестокости. Очень чётко прошёлся по персонажам, придал большое значение, к словам, которые герои говорили. До сих пор его слова в ушах звучат. И , кстати, после этого письма я больше этих ошибок не совершаю в тексте.

А в финале драматург дал оценку, от которой стало тепло.

Я долго думала, что в этом письме было самым поразительным. Ответ пришёл через много много лет, когда я стала работать с издательствами. И поняла: для Коляды факт содержательного профессионального ответа автору было нормой. Его нормой.

Он жил так : с распахнутой дверью в театр, через которую мог войти любой начинающий драматург, у кого в руках первая пьеса. И он ее не просто возвращал, а давал драматургические наставления.

Если говорить начистоту, Коляда, пожалуй, был единственным, к кому в наше время можно было обратиться с пьесой без денег, без статуса, без пароля на вход. Для истинного Мастера не было «своих» и «чужих». Для него был важен текст, персонажи и живой нерв. Он делил только тексты: на живые и мёртвые. Если пульсировала жизнь он это отмечал, если герой был ненастоящий карикатурный блистательно отмечал это. И важное: твою пьесу он читал От и До. К нему можно было обратиться.

Николай Коляда без остатка отдан Драматургии, именно так, с большой буквы. Он жил не для карьеры и успеха, он жил в драматургии. Для меня он запомнился общительным, настоящим и щедрым душой.

Спасибо, Николай Владимирович. За то письмо. За честность. За время, которого у вас было так мало и которым вы делились так щедро. За то, что однажды незнакомая девчонка из театра получила искренний ответ. Это дорогого стоило. Это стоило всего в моём замкнутом литературном пространстве.

С уважением и памятью, Лилия Гаманина,